Про Сердце, обожжённое ритмом

Жгучий, как чили-перец, танец исполняют во многих странах мира и не хуже, чем в Мадриде и Севилье. Прижился танец фламенко (трио — танец, музыка, вокал) с успехом и в России, а несколько последних лет — в Сибири.

 

 Анастасия Климкина: «…расплавив сердце раскалённой страстью, струится ток багряного огня».

 

Что могло родиться под нещадно палящим солнцем Андалусии? Несносная испанская любовь к свободе да искры красного вина произвели на свет своевольное дитя — огненный танец. В девятнадцатом веке практически стихийно, не без помощи заезжих цыган он начал развиваться именно как народное искусство, искусство подворий.

Вечером, когда прохладный ветер гасил неумолимую жару, на улицу выходили семьи. Под сладковато тающий запах паэльи,в закатно-оранжевойдымке являлось чудо, симбиоз трех начал: еврейского, испанского и цыганского — фламенко.Танец-крик,танец-борьба,танец-жизнь.В его сути — сплошной излом. Сплошное не так. Ритм сбивчив, как пульс больной души, руки — живущие и танцующие отдельно, каблуки — воля которых — закон для музыканта. Гармонию творит танцор. Остальные в тесном кругу, ладонями, кастаньетами, ногами, гитарой лишь помогают ей выжить.

Красно-черныесполохи платья тихим бархатным стоном поют о свободе. О свободе, которой нет, о Родине, которой нет. Цыгане, евреи были одинаково гонимы отовсюду. Фламенко — протест молчаливый. Оттого пронзительный и яркий. Самое страшное «нет» — это молчаливое «нет!». Самая острая ирония — это беззвучная ирония над собой, когда не надо сцены, потому что ты сам — сцена, не надо особой ситуации, потому что ты сам — ситуация, порой бессмысленная и беспощадная, как роза в волосах.

Сангрия безумно пахнет солнцем, нагретые камни — пылью и подошвенной кожей. Маленький двор превращается в действо душ, где нет места нежным прикосновениям, потому что это слишком просто, это уже потом, на сеновале, в чувственном ауте — благо, ночи теплые. Мужчиной и женщиной управляет страсть. Глаза доскажут то, что неподвластно телу. А кантаор (певец — исп.) потом допоет, протяжно и концептуально про соледадес (одиночество — исп.) в темных, как пучина океана, глазах любимой. Про ее корасон (сердце) горячее, как иберийский песок. А танцор при этом архитектурно изобразит формы и размеры этого самого сердца, большого и мягкого.

Гаснет южный день, унося в складках платья заботы, разговоры и тихое однодневное счастье, кричаще тихое, которое никогда не вернется. Оно будет, но другое, завтрашнее. А это — усевшись в уголок памяти, будет оттуда иногда поблескивать глазами, да прорываться сквозь стон каблуков в безудержном пламени сумасшедшего танца. Ненавистного и любимого. Танца фламенко. Танца длиною в жизнь.

 

Другие законы

 

Действительно, сложный танец. Это не только набор движений сильных рук, которые, как языки пламени, тянутся в небо, и стук дробей от каблуков, неистово пронзающих землю и с той же силой возвращающихся назад. Так чувства освобождаются в танце. Фламенко — явно нечто другое. Фламенко — всегда против течения. Точного определения ни один танцор не скажет: у каждого свое понимание этой «культуры в культуре» — страстного танца.

Хореографа, преподавателя фламенко школы танцев «СтанцЫя» Анастасию Климкину этот танец действительно зацепил, стал образом жизни. Испанские танцы в стиле фламенко она танцевала и прежде, но в него влюбилась так, что он стал важнее, чем основная работа (преподавала бальные танцы у взрослых и детей). Сменить одни танцы на другие твердо решила после знакомства на танцевальном семинаре с балетмейстером из Москвы Юлией Жигалиной. Вот она-тои показала, что такое чистое фламенко, которое танцуют в Испании. Оказалось, что там совершенно другая по ритму музыка, сложнее скоординированы руки и ноги, но задевший за живое танец Анастасия не оставила.

— Вначале у меня было совершенно другое представление о фламенко, — говорит Настя. — Танцевала, как разъяренная, агрессивная Кармен. Ничего подобного — это не агрессивный танец. В нем грусть, страсть и темперамент (наверное, смесь меланхолика и холерика). Одергивали, говорили, что не в том характере танцую. Перестраивалась. И скажу, что не сразу все получалось. Все было иначе, чем в бальных. Во фламенко все элементы соединяются по другим законам, никаких тебе «бедер», а все движения плоские. Фламенко отличается от обычной испанской музыки компасом — ритмическим рисунком, структурой. Компас — сердце фламенко. В этом танце нет движений на «раз — два — три — четыре». Компас бьется в определенном ритме. Но фламенко — не всегда жесткость. Дроби испанские (если ритм идет на убыстрение) всегда заводят танцора, и если, допустим, нужно передать гнев, грусть, то танец начинается всегда с медленной мелодии. В одном танце всегда яркий сюжет.

 

Соло с привкусом крови

 Фламенко — не только для сильных женщин.

Танцовщица фламенко — это не всегда роковая женщина в огненном платье. Она может быть разной: мощной, сильной, как ураган, и манерной кокеткой. На первый взгляд, танец очень резкий. Говорят, что истинные вокалисты фламенко во время пения ощущают во рту привкус крови. Бывает такое состояние и у танцоров. Но лишь при полной самоотдаче, погружении в танец. Чего в нем больше: страдания, радости, благородства или гордости? Однозначно не скажешь.

— Многие говорят, что это танец гордой женщины, полной достоинства, огненной, пылающей души, — рассказывает Анастасия. — Возможно, это и так. Но фламенко так же, как и любой другой танец, — самовыражение. Его можно сравнить с музыкальным инструментом, который каждый выбирает под себя, пробует такой, на котором ему «играть» будет легче и удобнее. Какая ты есть на самом деле — так и раскроешься в танце. Кому-то легче выразить себя через танец живота, джаз или модерн. Мне же — через фламенко. Раньше, пока везло с партнерами, я успешно реализовала себя через бальные танцы. В парном танце это очень важно. Сейчас все иначе.

Фламенко — больше сольный танец, хотя возможны различные комбинации: женщина-женщина или мужчина с мужчиной. Но это всегда танец рывка, самовыражения. Когда танцуешь, то обязательно должен держать какой-то образ в голове, который передаешь движениями и эмоциями.

— Кроме того, танец — это своего рода медитация, — утверждает испытавшая на себе этот эффект Настя. — В идеале ты должен полностью погрузиться в образ и, конечно, не нужно думать при этом о каких-нибудь бытовых проблемах. А если при этом звучит потрясающая музыка, то ты просто начинаешь получать огромное удовольствие, вживаясь в нее движениями. Энергетический заряд от танца получаешь всегда разный, сила его не зависит полностью от передаваемого сюжета. Настрой перед исполнением танца тоже важен. А понять, есть «заряд» или его нет, очень просто — по блеску глаз. Танец — маленький спектакль.

От слёз до блеска в глазах

Каждый человек, обращаясь к танцу, преследует разные цели: одни приходят от нечего делать, других красивое название завлекло, третьи давно мечтали научиться, четвертые не могут выступать на публике, но танцевать-тохочется… Но по большому счету, каждый из них ищет себя настоящего.

— Вот только поэтому я не смогла в свое время работать с фитнес-группами, — признаётся Анастасия. — Там всегда большая текучка, и ты не видишь результат. Каждое занятие получается, как первое. В такой работе я почему-то не увидела для себя смысла… А сейчас мои ученики рассказывают каждый раз свои впечатления, ощущения от занятий фламенко. Чувствуют себя при этом увереннее оттого, что открывают в себе новые возможности, о которых раньше и не догадывались. Шаг за шагом, и самооценка поднимается, гармония с миром и собой наступает, а для депрессий времени не остается. Например, на занятия пришла вполне, на первый взгляд, «домашняя» женщина: семья, двое детей. Все вроде хорошо, но без блеска в глазах. Быт так «съел» ее, что даже муж заметил… И только на фламенко она нашла себя, и такая вдруг интересная женщина раскрылась. Всего за три месяца она из группы для начинающих перешла в группу для более продвинутых танцоров. Честное слово, сделать такой прыжок новичку за три месяца — это просто фантастика. Творческая сила и энергия, скрывавшаяся в человеке, наконец-то нашла свой выход. Женщина к тому же внешне очень сильно изменилась: похудела и даже стала находить свободное время, чтобы заниматься фламенко самостоятельно дома.

Второй пример: женщина мужу и слово поперек не решалась сказать. Такая сжатая была, что даже топнуть каблуком не могла — лишний шум создать боялась. Да, можно топать и не один раз! Испанская страсть и таких неуверенных меняет до неузнаваемости. Фламенко дает взрыв эмоций, которых не хватает в обычной жизни.

— Жестких эстетических требований к физическим данным танцора, всяких там ограничений, связанных с комплекцией человека, нет, — уверена Анастасия.

— Глупости все это. Если человек хочет, то станцует с любым весом, фигурой и в любом возрасте.

 

Хочу и танцую!

Препятствовать могут внутренние факторы:комплексы-«тараканы», которые у каждого есть в голове. Человек, по сути, не знает, на что он способен. Если вам с детства говорят, что у вас что-то не получится: мол, не гибкий, не пластичный — будешь в это свято верить. Танцем-то и можно сломать комплексы. Получится не с первого раза, но если желание велико — обязательно все будет хорошо. Рамки исчезают, и человек раскрывается полностью, становится самим собой. Такая вот терапия.

— Мне, например, в детстве внушили, что танцевать, раскрыться без партнера я никогда не смогу, — рассказывает Настя. — В общем, что одна ни на что не способна. И в первый мой сольный выход этот комплекс, признаться, сработал. Публичная ошибка тормозит все начинания, но и этот барьер можно преодолеть. Стала больше работать над собой и поняла, что все могу. Любая ошибка — это вполне нормальное явление (и не только в творчестве), человек должен любить себя всяким, не обвинять, не уничтожать самоедством, а принять ошибающимся. Такой опыт важен, без него ничего не получится. Просто нужно проанализировать ситуацию конструктивно, без эмоций. В танце важен не уровень способностей, а желание, тогда стен-преград просто не существует. Вот мне сейчас неважно, кто что скажет — хочу и танцую. Уверенна и танцую.

 

Вместо эпилога

В Новосибирск Анастасия приехала из Норильска. И нынешнее место жительства ради танца пока менять не собирается. Говорит, что лучше буду здесь первой, чем в Москве — последней.

— В Новосибирске мне комфортно, хорошо, и главное — есть люди, которые меня поддерживают и помогают реализовать творческие идеи. Мне говорят: «Настя, если ты такая горячая женщина, то почему до сих пор живешь в Сибири, а не в Испании, например»?

В Испанию, в Севилью, она едет будущей весной. Ненадолго. Так сказать, получитьмастер-классот испанских профессионалов фламенко. Лучше один раз увидеть… и станцевать!